На данный момент активно формируется судебная практика относительно права на социальные выплаты в случае гибели военнослужащего при исполнении операций в ходе СВО.
Сегодня расскажем об одном примере.
Фабула дела. Мать военнослужащего, погибшего в зоне СВО, обратилась в суд с иском к супруге военнослужащего с требованием о признании брачно-семейных отношений между ответчиком и ее сыном прекратившимися, лишении права на получение социальных выплат, полагающихся после смерти сына истца на СВО.
Истец считала, что ответчик должна быть лишена права на получение доли ежемесячной денежной компенсации, поскольку семейные отношения между ею и сыном фактически прекратились более 20 лет назад. Ответчик с погибшим совместно не проживали, общего хозяйства не вели, материально не поддерживали друг друга, совместных обязательств не исполняли, совместно нажитого имущества не имеют.
Решение суда первой инстанции. Ответчик признана утратившей право на получение ежемесячной денежной компенсации.
Решение суда апелляционной инстанции. Суд отменил решение нижестоящего суда в части признания за супругой утратившей право на получение социальных выплат.
Суд полагал, что право супруги погибшего военнослужащего на получение ежемесячной денежной компенсации не может быть поставлено в зависимость от их совместного или раздельного проживания, наличия либо отсутствия между ними фактических семейных отношений. Отметив, что на момент гибели военнослужащий состоял в зарегистрированном браке и при жизни не произвёл действий, предусмотренных положениями семейного законодательства, влекущих расторжение брака.
Кассационная инстанция поддержала вывода суда апелляционной инстанции.
Однако Верховный Суд РФ посмотрел на эту ситуацию иначе, указав:
1. С учётом целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых супруге (супругу) как члену семьи военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы при исполнении обязанностей военной службы и направленных на возмещение супруге (супругу) нравственных и материальных потерь, связанных с гибелью (смертью) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, лишение права супруги (супруга) на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые свидетельствуют о фактическом прекращении между супругами семейных отношений, а именно об отсутствии между ними тесной эмоциональной связи, взаимной поддержки и помощи, заботы и ответственности перед друг другом и другими членами семьи.
2. Следовательно, юридически значимым для правильного разрешения настоящего спора являлось установление судом обстоятельств того, имело ли место и когда фактическое прекращение между супругами семейных отношений.
3. Учитывая обстоятельства настоящего дела (фактическое прекращение семейных отношений), вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований о признании ответчика утратившей право на получение доли ежемесячной денежной компенсации ‒ нельзя признать правомерным.
Решение суда первой инстанции оставлено в силе (Определение ВС РФ от 19.01.2026 № 16-КГ25-37-К4)
Сегодня расскажем об одном примере.
Фабула дела. Мать военнослужащего, погибшего в зоне СВО, обратилась в суд с иском к супруге военнослужащего с требованием о признании брачно-семейных отношений между ответчиком и ее сыном прекратившимися, лишении права на получение социальных выплат, полагающихся после смерти сына истца на СВО.
Истец считала, что ответчик должна быть лишена права на получение доли ежемесячной денежной компенсации, поскольку семейные отношения между ею и сыном фактически прекратились более 20 лет назад. Ответчик с погибшим совместно не проживали, общего хозяйства не вели, материально не поддерживали друг друга, совместных обязательств не исполняли, совместно нажитого имущества не имеют.
Решение суда первой инстанции. Ответчик признана утратившей право на получение ежемесячной денежной компенсации.
Решение суда апелляционной инстанции. Суд отменил решение нижестоящего суда в части признания за супругой утратившей право на получение социальных выплат.
Суд полагал, что право супруги погибшего военнослужащего на получение ежемесячной денежной компенсации не может быть поставлено в зависимость от их совместного или раздельного проживания, наличия либо отсутствия между ними фактических семейных отношений. Отметив, что на момент гибели военнослужащий состоял в зарегистрированном браке и при жизни не произвёл действий, предусмотренных положениями семейного законодательства, влекущих расторжение брака.
Кассационная инстанция поддержала вывода суда апелляционной инстанции.
Однако Верховный Суд РФ посмотрел на эту ситуацию иначе, указав:
1. С учётом целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых супруге (супругу) как члену семьи военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы при исполнении обязанностей военной службы и направленных на возмещение супруге (супругу) нравственных и материальных потерь, связанных с гибелью (смертью) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, лишение права супруги (супруга) на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые свидетельствуют о фактическом прекращении между супругами семейных отношений, а именно об отсутствии между ними тесной эмоциональной связи, взаимной поддержки и помощи, заботы и ответственности перед друг другом и другими членами семьи.
2. Следовательно, юридически значимым для правильного разрешения настоящего спора являлось установление судом обстоятельств того, имело ли место и когда фактическое прекращение между супругами семейных отношений.
3. Учитывая обстоятельства настоящего дела (фактическое прекращение семейных отношений), вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований о признании ответчика утратившей право на получение доли ежемесячной денежной компенсации ‒ нельзя признать правомерным.
Решение суда первой инстанции оставлено в силе (Определение ВС РФ от 19.01.2026 № 16-КГ25-37-К4)